Лусине Джанян и Алексей Кнедляковский в Швеции

Краснодарские художники попросили политубежища в Швеции

Сперва в Швецию переехала инсталляция Лусинэ Джанян и ее мужа Алексея Кнедляковского «Белый круг», посвященная московским протестам против 3-го срока Владимира Путина, а теперь сами Лусинэ и Алексей попросили политического убежища в этой стране.

«Мы выставляли «Белый круг» в Швеции в 2014 году, а тут как раз разгромили выставку у Гельмана на Винзаводе. Мы побоялись везти работу назад в Россию, и она осталась в Швеции. Как выяснилось, не зря побоялись. А теперь мы и сами приехали к «Белому кругу», – рассказывает Алексей Кнедляковский.


В январе, когда мы с Алексеем беседовали в прошлый раз, он вышел из СИЗО в Краснодаре, где провел 15 суток за акцию «Новый чекист». В День работников служб государственной безопасности он прикрепил скотчем крест на постамент памятника Дзержинскому. Памятник нисколько не пострадал, но акция взбесила руководство спецслужб, Алексея и его товарища задержали и обвинили в хулиганстве.

«Новый чекист» – акция, посвященная рождению в России новой религии, советского православия, гибрида КГБ и РПЦ. Эта религия не терпит иноверцев, безжалостно их преследует.

Алексей Кнедляковский рассказывает, что, когда он находился в спецприемнике, с ним велись беседы. «Недвусмысленно давалось понять, что могут в любой момент возбудить уголовное дело или что-то подобное сделать. Они подсадили ко мне специально обученного человека, который пытался что-то выспрашивать. Потом нам рассказывали, что начальник краснодарского ФСБ очень сильно обиделся на мою акцию, личная для него была проблема».

Рассказывали, что я некрасиво рисую Путина и что я враг православия

Лусинэ Джанян и Алексей Кнедляковский – знаменитости в Краснодаре, где со времен губернаторства Александра Ткачева любая нелояльность властям воспринимается как святотатство. В 2013 году Лусинэ уволили из Краснодарского университета культуры и искусств, где она 9 лет работала преподавателем, из-за ее политических взглядов.

Лусинэ Джанян. Портреты Владислава Суркова и Владимира Путина на выставке в Зверевском центре в Москве

«Мои работы в поддержку Pussy Riot выставлялись в Музее современного искусства у Марата Гельмана. Был медийный резонанс. Естественно, это не могло не остаться не замеченным руководством вуза. Плюс еще были выложены работы в открытый доступ, был файл, каждый мог распечатать на майку и выходить поддерживать девушек. Дословно приведу слова декана: «Не надо нашего Путина так рисовать». Они распечатали все мои работы из всех моих страниц личных, распечатали работу «Белый круг», на которой я изобразила митингующих картонных человечков, она выставлялась в Киеве на международной медийной выставке. Вызывали меня на ковер, как при совке. Ректор собрал всех проректоров, университетского юриста, выставляли досье с распечатанными фотографиями. Пытались отчитывать, требовали удалить фотографии из ЖЖ. Я, разумеется, отказалась. Ректор выбежал из кабинета в истерике. Кричали, угрожали, рассказывали мне о том, что я занимаюсь экстремизмом, что это может пагубно отразиться на студентах, мое искусство тлетворно на них влияет. Отправили папку вице-губернатору с гневным письмом, некоторые педагоги подписали. На собраниях коллектива они пытались осудить мое творчество, рассказывали, что я некрасиво рисую Путина и что я враг православия, потому что пропагандирую Pussy Riot. Это все было очень неприятно, унизительно», – рассказывала Лусинэ Джанян.

Надежда Толоконникова, Мария Алехина, Лусинэ Джанян и Алексей Кнедляковский

После этого Лусинэ, ездившая в мордовскую колонию поддержать Надежду Толоконникову, лишилась возможности выставляться в Краснодаре.

«Местные музеи и рады были бы показать ее работы, но открытым текстом говорят: «нам запретили, нам звонили, нам сказали». Была одна выставка, на которой выставлялись ее абсолютно нейтральные работы, никакого отношения к политике не имеющие, так куратору этой выставки было заявлено, чтобы она убрала фамилию Джанян из рекламы выставки», – говорит Алексей.

Чтобы собрать компрометирующий материал, установили слежку.

Человек, который прослушивал нашу телефонную линию, забыл отключить громкую связь

«Приглядывали, слушали телефоны. Был такой курьезный случай, когда я звонил Лусинэ, мы услышали, как кто-то разговаривает. Выглядело таким образом, как будто человек, который прослушивал нашу телефонную линию, забыл отключить громкую связь, кто-то зашел в его комнату, что-то его спрашивает, а тот ему отвечает. Разговор двух посторонних мужчин в комнате, потом «тьфу, блин». И тишина. Человек увидел, что что-то у него там включено, и отключился. Это было очень смешно, но неприятно. Потом мы на какое-то время уезжали из города, вернулись домой и обнаружили по всей квартире на полу следы. Отчетливо видны следы ног, кто-то топтался по квартире. При этом ничего не пропало, все осталось на своих местах, просто демонстративно кто-то походил, наследил».

«На Кубани очень тяжело с проявлениями публичной активности. Нет ни мест, ни площадок, все вычищено. В 2016 году, когда мы пытались сделать фестиваль «Медиаудар», на площадку, с которой мы договорились, вломился весь цвет кубанских силовиков, от казаков до оперативников ФСБ. Сначала они прошли по всем арендаторам, всем угрожали. Площадка, конечно же, отказалась нас принимать. Пришлось мне выступать на фуд-корте в ближайшем торговом центре», – говорит Алексей Кнедляковский.

Галерист Марат Гельман, писатель Владимир Сорокин и Лусинэ Джанян

Акцию «Новый чекист», которую Алексей Кнедляковский провел 20 декабря 2016 года, ФСБ восприняла как оскорбление, и оставаться в Краснодаре стало опасно.

«У нас были шведские визы, других не было, времени раздумывать тоже не было. Решили не дожидаться, когда отправят в СИЗО непонятно за что».

Сейчас Лусинэ и Алексей готовятся к большой выставке постсоветского акционизма в лондонской галерее Саачи, которую готовит Марат Гельман, тоже вынужденно покинувший Россию. Будут показаны работы «Белый круг», «Мордовлаг» и большие портреты Pussy Riot.

«Выставка будет посвящена 25-летию художественной активности в России, протестному искусству. К сожалению, все идет по нисходящей. Был подъем, «Война», Pussy Riot, а теперь активистского искусства почти не осталось. Государство запугало тех, кто мог бы делать красивые яркие работы, уголовными преследованиями. Марат Гельман уехал в Черногорию, потому что ему не давали возможности работать. Последнюю его выставку в России разгромили православные фанатики, на этой выставке одну нашу работу сильно повредили соратники Энтео. Музеи не решаются выставлять активистское искусство. На выставке, посвященной феминизму, которая проходила в отреставрированном монументе «Рабочего и колхозницы», не было ни одной работы, посвященной Pussy Riot, это очень странно смотрелось».

Фрагмент инсталляции "Белый круг", посвященной московским протестам 2012 года
Фрагмент инсталляции «Белый круг», посвященной московским протестам 2012 года

Шведские власти предоставили Лусинэ и Алексею квартиру, сейчас рассматривают их прошение об убежище. Ожидая решения, художники следят за новостями из Краснодара, которые становятся все абсурднее.

21 июня суд присудил штраф в 15 тысяч рублей координатору общественного движения «Открытая Россия» Яне Антоновой за «осуществление деятельности нежелательной организации». Активист Алексей Мандригеля получил 10 суток административного ареста за «демонстрацию нацистской символики»: следствие обнаружило, что в 2012 году (!) на его странице в соцсетях была опубликована фотография Владимира Путина на фоне свастики.

Алексея Кнедляковского позабавила другая новость, подтверждающая его теорию о рождении новой религии – чекизма. Губернатор Краснодарского края Вениамин Кондратьев наградил митрополита Исидора медалью «Герой труда Кубани».

Алексей Кнедляковский с «альтернативным» олимпийским факелом, 2014
Алексей Кнедляковский с «альтернативным» олимпийским факелом, 2014

Показываю Алексею один из комментариев к его интервью, опубликованному после ареста за акцию «Новый чекист»: «Замечательно, что в России есть такие талантливые и смелые люди, борцы с тиранами, как Алексей Кнедляковский».

Что же теперь? Все уехали, надежды нет?

«Уезжают не по своей воле люди. Бороться можно, и не находясь в России, – отвечает Алексей. – У нас была идеалистическая картинка, что мы сейчас тут всё разогреем, выйдет на улицу сто-двести тысяч, и что-то начнется. Эти сто тысяч вышли, и ничего не началось. Как вышли, так и разошлись. Протесты последних месяцев показали, что выходит молодежь в большом количестве, школьники. Может быть, это поколение что-то даст другое? Но на ближайшее время я особых перспектив, честно говоря, не вижу. Считаю, что нас ждут еще 6 лет президентства Путина, а что дальше будет происходить, пока неясно».

Источник: Побег из церкви Дзержинского


Помоги сайту
t_logoПодписывайтесь на наш канал в Telegram! Вам немедленно будут приходить все опубликованные материалы сайта.Найдите в контактах  @freewebjournal  и добавьте его себе в контакты или просто перейдите, предварительно зарегистрировавшись, на страницу канала.